Книга описывает жизнь талантливого русского художника, который умер в молодом возрасте, но оставил яркий след в истории искусства. Он нашел красоту в обыденных вещах и подарил людям радость своими картины, наполненными гармонией цветов и сильными эмоциями. Автор рассказывает о трудностях, с которыми столкнулся художник в своей жизни, и о его внутреннем мире, описывая взлеты и падения в его творческом пути. Читатель узнает о человеке с большой душой, огромным талантом и неиссякаемым усердием.
Талантливая писательница, старательный биограф в жесточайших тисках советской системы - и вот рождается это странное произведение, где много слов, но до обидного мало фактов, и то обо всем говорится обиняками... Достаточно сказать, что в биографии художника-еврея в царской антисемитской России, где каждому ясно, что национальная тема не могла не значить очень много в его становлении и судьбе, всего дважды произносится почти табуированное тогда слово "еврей". Практически ничего не говорится о родительской семье, а ведь в любой биографии родители, детство имеют огромное значение. Наверное, причина этого умолчания - то же еврейство... Так же стыдливо, поверхностно упоминаются романтические истории, несомненно, очень много значившие для Левитана... Зато книга перенасыщена тошнотворными, пустыми и лживыми социальными штампами того времени, без которых тогда книгу просто не напечатали бы... И как же автор выходит из положения? Вместо фактов биографии, о которых она не может говорить, она наполняет книгу огромным количеством словесных пейзажей, тщательно пересказывая содержание картин художника и добавляя от себя не менее яркие описания природы тех мест, где он работал (и где, судя по всему, автор вслед за ним побывала). Это очень странно и было бы смешно, если бы не явный талант и мастерство, с которым создана вереница этих неповторяющихся, изобретательных, подробных и поэтичных словесных описаний. В итоге получилась своего рода Третьяковская галерея словесных образов русской природы. А учтя, что мой любимый чтец Мурашко начитывал книги для слепых, невольно задумаешься: по крайней мере, для этого контингента такая коллекция изящно исполненных литературных пейзажей может быть даже ценнее, чем настоящая биография гениального пейзажиста )))