В Уральском Следопыте его читал. Ностальгия

Мой земляк - сибиряк). Замечательный писатель. В школьные годы с подружками зачитывались его книгами, которые в эпоху дефицита с трудом можно было достать. Благодарю за возможность ненадолго вернуться в детство!

1980 год, "Уральский следопыт". Любимый журнал детства. Превосходная повесть.

Мне кажется, место этой повести не в "Уральском следопыте", а в "Химии и жизни". Там в СССР печатали самую чумовую фантастику.

Виктор Колупаев
Толстяк над миром
Фантастическая повесть

Вероятно, во времена издания этой повести множество читателей, включая даже поклонников самого Виктора Колупаева, могли отнестись к ней несерьёзно.
Ну, в самом деле, что это за анахронизмы и нелепости?
Космический крейсер, на котором установлены пороховые бомбарды? Которые стреляют чугунными ядрами? А где же всем давно известные фотонные пушки и привычные лазеры-шмазеры?
А средства передвижения? Почему вместо привычных футуристичных глиссеров и флаеров герои передвигаются на каких-то скакунах, пусть даже и механических?
А что не так с самими героями? Почему автор лишил их привычных имён, но взамен дал узко утилитарные прозвища?

Виктор Колупаев упростил структуру произведения, убрав из него множество привычных и ожидаемых деталей.
А вместе с этим придал ему нехарактерные черты, практически полностью ломающие весь антураж.
Зачем?
А потому что все эти детали - всего лишь "красивости", которые каждый автор нанизывает на скелет абсолютно любого произведения, с помощью которого высказывает свои мысли.
И если с повести "Толстяк над миром" убрать всю эту лепнину из анахроничных и неуместных деталей - то скелетом повести предстанут человеческие взаимоотношения.

Взаимоотношения на производстве, целью которого является великая государственная миссия галактического масштаба.
А если миссия великая и государственная, то для достижения её целей сгодятся абсолютно все средства.
И обязательно нужен специальный сотрудник, который проследит, чтобы все доступные средства использовались по назначению.
И Виктор Колупаев вписал в повесть Неприметного, подарив ему черты и действия, свойственные типичному "особисту" (по-сегодняшнему - ФСБ-шника).

Советская цензура пропустила произведение, неприкрыто демонстрирующее вред, который наносят обществу "всесильные" агенты безопасности.
Но читатели увидели в нём только забавную фантастику, а вовсе не сатиру и предостережение.
А ведь ещё тогда, в 1980 году, русские люди могли бы понять, до какой катастрофы доведёт корабль свихнувшийся на своих фантазиях полоумный чекист.