Обещание, данное умирающей королеве, оборачивается проклятием: король не может найти женщину, равную по красоте его покойной жене. Единственной, кто соответствует этому образу, оказывается его собственная дочь. История сталкивает нас с извечным парадоксом: граница между любовью и одержимостью настолько тонка, что сам король не замечает, когда её переступает. Может ли человек, ослеплённый своей болью, видеть чужую? И можно ли считать побег из дворца выбором, если другой альтернативы просто нет? Увы, иногда плащ из лохмотьев оказывается куда честнее королевской мантии. Вы готовы узнать, почему?