Иван Форге посвятил жизнь попыткам приручить шаровую молнию. Годы расчётов, экспериментов и бессонных ночей наконец приводят его к невозможному: плазменный сгусток начинает жить. Но вместе с научным прорывом приходит чувство чужого взгляда. Пока институт ждёт сенсации, а впереди уже мерещатся мировое признание и Нобелевская премия, Иван всё яснее понимает: его открытие может оказаться не объектом исследования, а чем-то более важным. И тогда главный вопрос меняется. Не «как это изучить». А «имеет ли он право».
