Он всегда носил черный костюм. Не потому что любил черный, а потому что так было проще: не думать утром, что надеть, и не выдавать пятен. Семь лет он жил в чужой квартире, спал в чужой постели, пил из чужой чашки и не смотрел в зеркало. Семь лет он был кем-то другим. Тем, кого убил. Тем, чье место занял. Тем, чье имя носил, как чужое пальто.
