Эта история началась 13 августа 1953 года в небольшом калифорнийском городке Санта-Мира. На приём к врачу Майлзу Беннеллу пришла Бекки Дрисколл в каком-то странном психическом расстройстве. Она утверждала, что её дядя Айра – вовсе не её дядя, а какой-то самозванец, хотя и выглядит он, и говорит совершенно как дядя Айра. А вскоре странная мания стала распространяться и заражать других жителей городка.
Главная проблема всего жанра хоррор, на мой взгляд, — это тупизна его героев, на которой, к сожалению, и строится сюжет. И вот эта версия, на мой взгляд, страдает от этого порока. Я знаю, что у книги как минимум три экранизации разной степени дальности от первоисточника и большая часть из них ещё даже прижизненная для автора, но все равно не могу не видеть сюжетные дыры. Доктор обнаруживает труп-заготовку в подвале Джека, но даже не пытается сделать надрез на пальце, скажем, чтобы проверить, а есть ли у этой «заготовки» кровь, и вообще, а что же перед ним лежит-то такое за чудо-юдо? Вы в это верите? Я — нет. Или вот, скажем, нашли они эту «заготовку» в подвале. Так он отправляет мужа спать, а Теодору, одну, в «доме на окраине», просит «следить за тем, что там происходит». И эта Теодора соглашается, не понимая, что в обморок может упасть от страха?И более того, они эту «заготовку» даже из подвала не перенесли? Тоже неправдоподобно. Потом Теодора мужа будет, садится в машину и уезжает к доктору, но как только они приезжают, этот Майлз её не допрашивает о том, что она видела, а отправляет спать! Или вот уехали они уже вчетвером из своей Сант-Миры, переночевали в отеле, а потом такие: а давай вернемся в этот странный город, где нам будет угрожать опасность! И возвращаются. И действительно попадают в опасность. В общем, как сказал бы Станиславский, «не верю, не верю». А победа над злом здесь достигается исключительно тем, что героям повезло: ну то есть они не продумывали план, не искали выход, а побежали из города и наткнулись на поле. Как таковой «схватки» и не было вовсе практически. В общем, неубедительно все это выглядит. Но чем подкупает эта повесть, так это добротой и романтикой! Тут все герои — и главная пара, и второстепенные — с ними всё в порядке, ну то есть автор любит своих героев, а это сейчас так редко бывает. А уж какие здесь гендерные роли! Например, когда доктор её на руках Бекки несет из дома к себе: «Она крепче обняла меня за шею и плотнее прижалась, снова закрыв глаза.
- Чересчур плохо, - пробормотала она. - Самое интересное приключение в
моей жизни: похищена прямо из постели интересным мужчиной в пижаме. Потом
меня несут по улицам, будто пленницу. А теперь еще он заботится о моей
нравственности. - Бекки открыла глаза и весело улыбнулась». Ну милота же! А уж сцена в мотеле! И это всё на иронию врача накладывается — вот это у автора действительно здорово, прям душевно получилось, что-то такое в стиле старого Голливуда. Как мне этого сейчас не хватает в современных книгах. Благодарю чтеца за исполнение!
- Чересчур плохо, - пробормотала она. - Самое интересное приключение в
моей жизни: похищена прямо из постели интересным мужчиной в пижаме. Потом
меня несут по улицам, будто пленницу. А теперь еще он заботится о моей
нравственности. - Бекки открыла глаза и весело улыбнулась». Ну милота же! А уж сцена в мотеле! И это всё на иронию врача накладывается — вот это у автора действительно здорово, прям душевно получилось, что-то такое в стиле старого Голливуда. Как мне этого сейчас не хватает в современных книгах. Благодарю чтеца за исполнение!